Меню Рубрики

Одномоментный метод снятия заикания по дубровскому

* Публикуется по изданию:
Петрюк П. Т., Петрюк А. П. Памяти известного отечественного психотерапевта К. М. Дубровского (к 120-летию со дня рождения) // Психічне здоров’я. — 2013. — № 4. — С. 63–70.

Дубровский Казимир Маркович (1892–1975) — известный талантливый отечественный врач, психолог и выдающийся психотерапевт, замечательный человек и уникальная личность с трудным и необыкновенным жизненным и творческим путём, необоснованно затравленный после политической реабилитации определёнными представителями существующего в то время бюрократического государственного строя, руководитель Республиканского центра лечения логоневрозов в г. Харькове. Пожалуй, он был первым психотерапевтом, который успешно лечил заикание. Человек тяжёлой, но интересной судьбы, очевидец есенинской трагедии, безосновательно репрессированный советским режимом в застенки на многие годы, не потерял человеколюбия и стремился помочь очень многим страждущим. Им были разработаны и успешно применялись «Метод директивного группового внушения» и «Метод одномоментного снятия заикания». Используя элементы внушения в бодрствующем состоянии, Казимир Маркович освобождал от симптомов болезни заикающихся в составе группы из 10–15 человек. Все пациенты начинали сразу свободно говорить, утрачивали страх речи, не боялись большого зала и скопления людей. У К. М. Дубровского лечились от заикания многие известные личности, в том числе С. В. Михалков, Н. С. Михалков, И. С. Глазунов. У него было много учеников, но самой талантливой и успешной он считал Юлию Борисовну Некрасову, которой удалось не только полностью повторить работу Казимира Марковича, но и разносторонне её обогатить.

Несмотря на высокую эффективность данной методики, в настоящее время она практически не применяется из-за неумения врачей-психотерапевтов работать с группой пациентов и в присутствии аудитории, хотя данную методику лечения заикания ранее успешно использовали в своей работе В. М. Шкловский и, как уже справедливо отмечено, Ю. Б. Некрасова [1–9].

К. М. Дубровский родился 18 ноября 1892 года в деревне Ветрино Лепельского уезда Полоцкого наместничества Витебской губернии, Российская империя (ныне городской посёлок Ветрино Полоцкого района Витебской области, Республика Беларусь) в семье польских аристократов. Он рано потерял родителей и был взят на воспитание петербургскими родственниками. Ещё в ранние годы появилась яркая одарённость этого человека. Он писал рассказы, стихотворения, прекрасно рисовал, легко осваивал иностранные языки. Казимир Маркович окончил Академию художеств, где занимался в классе великого русского художника Н. К. Рериха. Затем закончил физико-математический факультет Петербургского университета и Военно-медицинскую академию.

Получив медицинское образование, К. М. Дубровский занимался микробиологией и физиологией, одно время сотрудничая с И. П. Павловым и В. М. Бехтеревым. Казимир Маркович был одним из лучших учеников В. М. Бехтерева, который называл его «надеждой русской науки». Обучаясь в академии, он подрабатывал санитаром на «скорой помощи» и был именно в той бригаде медиков, которая приехала в гостиницу «Англетер» снимать с петли Сергея Есенина [1, 2, 10, 11].

Р. Мищенко утверждает, что «описал увиденное в 5-м номере «Англетера» утром 28 декабря 1925 года санитар Казимир Маркович Дубровский. Рассказывал он это, правда, уже через много лет, пережив несправедливый арест, заключение в лагере и как бы всё ещё опасаясь проронить лишнее: «Там на полу лежала скатерть, битая посуда. Всё было перевёрнуто. Словом, шла страшная борьба…». В другой раз с его же слов стало известно, что «в номере С. Есенина были следы борьбы и явного обыска. На теле были следы не только насилия, но и ссадины, следы побоев. Кругом всё разбросано, раскидано, битые разбросанные бутылки, окурки…» [11].

В 1935 году К. М. Дубровский был командирован в Англию для продолжения научной работы. Вернулся в 1937 году в Ленинград, на вокзале был арестован, просидел долгое время в «Большом доме» на Литейном проспекте, а затем, как враг народа, по ложному доносу и сфабрикованному делу был осуждён 03.06.1940 года постановлением Особого совещания при НКВД СССР приговором на 5 лет ИТЛ и отправлен в Воркуту [3, 12]. Так начались этапы «большого пути» длиною в семь лет, с последующей ссылкой, отменённой лишь массовой реабилитацией политзаключённых 1956 года. Самыми страшными, как пишет Казимир Маркович в своей повести «Этапы», были первые два года в следственном изоляторе после ареста, когда сотрудники НКВД всеми правдами и неправдами добивались признания им мнимой вины. Лишь спустя два–три года состоялся, наконец, суд, где, так и не признав вины, К. М. Дубровский получил свои 5 лет. Зона представлялась уже подарком судьбы, поскольку, будучи дипломированным врачом, оказался там востребованным как специалист. Освободившись в 1947 году, он так бы и закончил свои дни ссыльным в Средней Азии, если бы не хрущёвская реабилитация. И только в том же 1956 году он смог, наконец, оформить свой брак с Е. А. Криницкой, троюродной сестрой, с которой неожиданно повстречался на зоне в 1942 году. Здесь необходимо отметить, что у Казимира Марковича имеется внебрачная дочь Галина Васильевна Савенко, мать шестерых детей, проживающая в Украине на Прикарпатье, приёмный сын Всеволод, живущий в г. Харькове, его собственная дочь Марианна, которая в страшном 1937 году официально отказалась вместе с мамой, его первой женой, от родного отца. Галина Васильевна же прилагает отчаянные усилия, чтобы творческое наследие отца не прозябало втуне, но пока, увы, без особого успеха [13].

До 1944 года он находился на Крайнем Севере, а потом был сослан в Среднюю Азию. В 1956 году после смерти И. В. Сталина его полностью реабилитировали, и он переехал в Алма-Ату, где активно занимался врачебной деятельностью. Следует заметить, что в то время, наряду с официальной системой логопедической помощи в СССР, в 1970-е годы сложилась школа талантливого врача К. М. Дубровского, разработавшего методику эмоционально-стрессовой психотерапии, элементы которой он увидел у северных шаманов, когда был заключённым ГУЛАГа в Воркуте. После реабилитации Казимир Маркович с успехом применял, как уже подчёркивалось, опыт одномоментного снятия заикания. Он первым понял, используя современные термины, необходимость в процессе лечения заикания дестабилизации устойчивого патологического состояния. Он уяснил, что у заикающихся лиц, несмотря на заикание, есть другая память — память о хорошей речи, которую он и вызывал на аффекте.

Итогом развития отечественной науки о заикании в XX столетии стало создание комплексного метода, который включает в себя медицинское, психологическое, педагогическое, социальное, семейное, т. е. всестороннее воздействие на человеческую личность. Комплексный метод являет собой вершину практического подхода к проблеме заикания, основанного на материалистическом видении человеческого существа, исчерпывающегося двумя его проявлениями — физическим и душевным [14].

С середины 50-х годов прошлого века до Москвы стали доходить слухи о том, что в Казахстане живёт какой-то необыкновенный психотерапевт, который одномоментно излечивает от многих заболеваний. К К. М. Дубровскому приезжали больные со всех концов страны, и все они получали эффективную, но внешне очень необычную помощь: этот врач вёл себя по отношению к больным не как положено представителю этой солидной профессии, а как шаман, что уж вовсе раздражало учёный мир. К Казимиру Марковичу стали наведываться и врачи-психотерапевты, чтобы посмотреть, как же он их лечит. Побывал у него и профессор Илья Захарович Вельвовский — заведующий кафедрой психотерапии, психогигиены и психопрофилактики Харьковского института усовершенствования врачей. Эта кафедра — старейшая в стране — всегда была своеобразным центром психотерапии в СССР, подавляющее большинство советских психотерапевтов старшего поколения — ученики И. З. Вельвовского.

Илья Захарович внимательно познакомился с методикой К. М. Дубровского и предложил ему переехать в г. Харьков. Тот согласился. С тех пор г. Харьков стал ещё в большей степени столицей советской психотерапии: отовсюду приезжали больные, но уже не только к И. З. Вельвовскому (как раньше), а в основном к К. М. Дубровскому. Среди приезжавших было много известных всей стране людей, они в свою очередь тоже разносили славу о чудо-лекаре.

После реабилитации с 1959 года Казимир Маркович работал в Харьковской железнодорожной поликлинике, которая стала неофициальным центром психотерапевтической работы с заикающимися лицами в СССР, руководил Республиканским центром лечения логоневрозов, сотрудничал с первой в стране кафедрой психотерапии под руководством И. З. Вельвовского. По взглядам и методам работы он принадлежал к научной школе В. М. Бехтерева. К К. М. Дубровскому приезжали учиться многие логопеды и врачи: Ю. Б. Некрасова, Л. З. Арутюнян-Андронова, В. М. Шкловский, Б. З. Драпкин, которые стали потом крупными специалистами и авторами методик по коррекции заикания. К Казимиру Марковичу в г. Харьков приезжало огромное число людей. Эти люди упрашивали его записать их на сеанс, потому что смогли вырваться к нему только на несколько дней. Сеансы проводились по нескольку раз в день. Вскоре между И. З. Вельвовским и К. М. Дубровским отношения испортились, Казимира Марковича никто уже не опекал, и он не считался представителем харьковской школы психотерапии, хотя и жил в г. Харькове, и общался с большинством местных психотерапевтов [1].

Отметим вкратце, что суть лечения у К. М. Дубровского в следующем: психическое потрясение может вызвать болезнь, а может её ликвидировать. Весь сеанс лечебного внушения, который проводил Казимир Маркович, и заключается в том, чтобы направленно потрясти больного и тем самым его вылечить. В одних случаях это удаётся, в других — нет. Эффект от подробной терапии, естественно, различен, как он различен и от других методов. Сам К. М. Дубровский хорошо понимал ограниченность своей методики, но исходил из общего для врачей всех времён правила: если удалось помочь больному человеку хотя бы на полчаса, удалось облегчить его страдания хотя бы на пять минут, и то хорошо, и то будет оправдан врачебный труд, будет выполнен важнейший девиз медицинской профессии — помогать людям любой ценой и на любое по продолжительности время.

Многие современные специалисты по лечению заикания учились у К. М. Дубровского, но у них нет и не было той артистичности и убедительности, что у их Учителя. У большинства из них всё свелось к мелкому подражанию, порой превращавшемуся в пародию. Они окончательно и дискредитировали метод Казимира Марковича ещё при жизни его создателя. Сам К. М. Дубровский очень переживал это, но ничего поделать уже не мог.

Казимир Маркович был не только талантливым психотерапевтом: он, как и большинство представителей этой профессии, был разносторонне образованным человеком. Давно уже отмечено, что в каждом психотерапевте живёт несостоявшийся актёр, писатель, художник. К. М. Дубровский был и тем, и другим, и третьим.

В Воркуте он составил альбом кожных заболеваний и признаков дистрофии у заключённых. Этот уникальный альбом Казимир Маркович много раз пытался опубликовать. Во время хрущевского правления перспектив на издание было много, некоторые бывшие пациенты К. М. Дубровского, обладавшие влиянием в Москве, активно помогали изданию, но снятие Н. С. Хрущёва ликвидировало все надежды. Альбом по сей день не напечатан.

Казимир Маркович писал стихи и рассказы, а вся его методика лечения — это по существу блестящий спектакль, замечательный актёрский монолог. Ещё в Воркуте К. М. Дубровский наблюдал за местными шаманами. Как ловко они излечивали людей от самых разнообразных расстройств, как умело они нагнетали ожидание чуда и творили это диво на глазах изумлённых и наэлектризованных людей! Всё это Казимир Маркович перенял и использовал уже в других условиях. Поэтому и эффект был, конечно, разный: когда шаман лечил неграмотного и невежественного сородича, он помогал ему в 100% случаев. Лечить же шаманскими приёмами образованных и скептически настроенных интеллигентов куда сложнее, а порой и невозможно.

Небезынтересно напомнить, что один удар судьбы может вызвать болезнь, а другой — избавить от неё. Например, после разгрома фашистских войск под Сталинградом и в Курской битве у А. Гитлера развился тяжкий истерический невроз, проявлявшийся в сильной дрожи левой руки и ноги (правое — «эмоциональное» — полушарие головного мозга отвечает за левую сторону тела; при неврозах в первую очередь поражается эмоциональная сфера, потому расстройство проявляется с левой стороны). Однако 20 июля 1944 года все эти невротические расстройства мгновенно прекратились: случилось это сразу же после покушения, совершённого полковником К. Штауффенбергом, когда фюрер благодаря стечению определённых обстоятельств оказался невредим. Через полгода, а особенно весной 1945 года, когда советские войска стояли недалеко от Берлина, болезнь возобновилась и быстро нарастала по мере понимания А. Гитлером безнадёжности своего положения [15].

Стрессы, применяемые в лечебных целях, различны, часть из них основаны на искусственной кумиромании: пациентам внушают, что врач — великий целитель, избавитель от всех существующих в природе хворей, что он всесилен и прочее. На людей примитивных, а также на детей и женщин такая безудержная реклама некоторое время действует, а чем больше веры, тем сильнее лечебный эффект. Конечно, это плохо с точки зрения морали, но если пациент излечивается, а его вера во всемогущество медика безвредна, то уж пусть лучше он верит в хорошего врача, чем в колдуна, экстрасенса, знахаря, вымогателя.

Не меньше любого здравомыслящего человека К. М. Дубровский видел глупость и грубость окружающего мира. Не меньше других он понимал, что обычный человек нуждается в моральном поводыре, без которого он быстро озвереет, становится животным, если лишить его душу святых надежд и идеалов. И, тем не менее, Казимир Маркович всегда относился к людям с высочайшей любовью. Этим он резко отличался от большинства своих коллег, поражённых вирусом прагматизма и добывания сиюминутных радостей. Трудно представить, чтобы К. М. Дубровский совершал какие-либо поступки, исходя из циничного принципа «Всё дозволено», оправдывающего любые мерзости и предательства [1, 15].

«Вступая в жизнь, каждое новое поколение преисполнено благих намерений, стремления построить отношения на принципах справедливости, доброты, уважения к людям. Проходят десятилетия — что остаётся от этих прекрасных желаний? Большинство из тех, кто мечтал о братстве, равенстве, любви и других великих идеалах человеческих отношений, сами превращаются в морально-ущербных людей, увеличивающих зло в этом мире. Что же делать, как избежать этой деградации, какой совет дать молодёжи? Наверное, советов много. В данной ситуации, как подчеркивал М. И. Буянов, из самых главных, безопасных и действенных такой: не соучаствовать во лжи и во зле, не увеличивать их, любой ценой избегать личного участия во всех этих безобразиях. Ведь не все рождаются борцами, не у всех так сильно нравственное начало, как у того, о ком я сейчас говорил, не все способны активно выступать против дьяволов. Но все могут брать пример с К. М. Дубровского, должны хотя бы попытаться» [15].

Не зря прошли уроки рисования у Н. К. Рериха. Видя вокруг себя в местах заключения смерть и анализируя симптомы совсем неизвестной медицинскому миру болезни, возникающей от унижений, голода, безысходности, К. М. Дубровский проследил её ход, запечатлев свои наблюдения в альбоме рисунков, столь ценных для медицины.

Медицинское издательство отказалось печатать этот замечательный альбом врачебных рисунков на том основании, что в Советском Союзе не может быть такой болезни. А на его предложение — сказать в предисловии, что это почерпнуто из лагерей смерти немецкого фашизма, — издательство не «клюнуло». «Власти нас не поймут» — сказали там.

Напомним, что сразу же после октябрьского переворота, как известно, «борцы за свободу и равенство» вышвырнули из всех учебных заведений России детей дворян, промышленников, духовенства и т. д. Та же участь, среди прочих, постигла и любимого ученика В. М. Бехтерева, художника, польского дворянина К. М. Дубровского [10].

Он стал в своё время, как уже отмечалось выше, работать на «скорой помощи». Однажды во время его дежурства зазвонил телефон, и в трубке прозвучала команда: «Немедленно поезжайте в «Англетер». Повесился Сергей Есенин». Он первый вошёл в комнату, носящую следы бешеной драки, и увидел, что на фоне красной занавеси, под которой проходила труба отопления (оставившая, как известно, на щеке повешенного багровый след ожога), словно парил в воздухе, чуть-чуть оторванный от земли, будто вставший на цыпочки со свесившейся копной светлых, как рожь, волос, певец крестьянской Руси Сергей Есенин. Верёвка, как и портьера, была тоже красная, и потому впечатление от увиденного было глубоко мистическим и страшным.

Казимир Маркович помнил даже, что скатерть со стоявшей на ней и разбитой вдребезги посудой была стянута со стола, вероятно, во время сопротивлении поэта убийцам [10].

Следует обозначить, что К. М. Дубровский занимался также передачей мыслей на расстоянии и, доживи он до наших дней, вероятно, не сходил бы с экранов телевидения. Достаточно сказать, что А. М. Кашпировский с большой гордостью говорил И. Глазунову, что учился у Казимира Марковича Дубровского, когда тот, отсидев в лагерях, получил маленькую квартирку в г. Харькове и должность врача в железнодорожной больнице. С кем только он не встречался в местах заключения: бывшие царские министры, члены Временного правительства, сибирские шаманы, художники, философы, учёные, священники…

«Я католик, вера в Бога дала мне силы вынести этот ад, который не мог бы описать даже Данте, — рассказывал К. М. Дубровский. — Я помню каждую минуту, проведённую в этом аду. Сколько людей погибало у меня на глазах, — О! Я многому научился от тех, кого безжалостно уничтожали. Думаю, не просто будет найти огромные ямы и рвы, где, как собаки, закопаны лучшие люди России. Хотя в лагерях сидели не только русские, это был действительно «интернационал» тотального уничтожения. Я старался лечить, внушать людям веру, когда верить нам, казалось, было не во что. Повторяю, это были лагеря смерти…» [10].

В начале 1960-х годов для лечения различных видов неврозов, как уже подчёркивалось, К. М. Дубровский создал метод эмоционально-стрессовой психотерапии, основная идея которого состояла в качественном изменении статуса психотерапии — из сопутствующей коррекционному курсу она стала ведущей в ходе лечебного процесса. В научных работах Казимира Марковича подобного вида психотерапия характеризовалась как концентрированное внушение наяву в форме одномоментного «удара» или «взрыва», имеющего целью в короткий промежуток времени изменить характер отношения больного к своему страданию, т. е. осуществить «реконструкцию поведенческих реакций». При этом К. М. Дубровский подчёркивал большое значение аффективного состояния пациентов для создания «перелома» в лечении. В дальнейшем метод эмоционально-стрессовой психотерапии был научно обоснован в работах В. Е. Рожнова и его школы, хотя, к сожалению, фамилия К. М. Дубровского в известном отечественном «Руководстве по психотерапии» не упоминается [16].

Читайте также:  Блокатор дофамина при заикании

В современной терапии комплексного заикания «феномен Дубровского» в его различных формах (собственно сеанса эмоционально-стрессовой психотерапии, «шок-терапии» эмоциями, идеи «взрыва», «подвига») используется многими психотерапевтами [17].

К. М. Дубровским был предложен «Метод одномоментного снятия заикания». Это сугубо психотерапевтический метод, который представляет собой императивное внушение в бодрствующем состоянии. Суть его состоит в следующем. Психотерапевт на сцене большого зала выстраивает у сцены шеренгу тех, кому предстоит сегодня «снятие» заикания. В зале присутствуют родственники больных, их знакомые и те, кто ещё только готовится приступить к лечению. Психотерапевт внушительно и образно говорит о силе слова, которая не только служит средством коммуникации между людьми, но и может иметь физиологическое, а, следовательно, и лечебное значение. Проводятся для демонстрации пробы на внушаемость. Фиксируется внимание на могущественной силе слова психотерапевта. Если слово психотерапевта способно вызвать одеревенелость пальцев рук и заставляет падать человека, то он способен словом разомкнуть существующую у заикающихся в коре головного мозга патологическую связь и тем самым расковать его речь. После этого происходит сам сеанс снятия заикания, который выражается в том, что резким движением рук возле висков пациента психотерапевт снимает заикание. Он говорит: «Теперь вы будете всегда говорить свободно! Вы чувствуете громадное облегчение! С вас сорваны путы трудной речи! Вы свободный человек, со свободной раскованной речью! Мы можем! Мы всё можем! Человек всё может! Поддерживая высокое эмоциональное напряжение пациентов и, применяя сначала облегчённые формы речи, психотерапевт переходит к демонстрации свободной речи [4, 5, 8, 9, 18].

В связи с тем, что метод К. М. Дубровского приобретал всё большую известность в СССР, в конце 50-х, начале 60-х годов XX века он стал объектом рассмотрения специалистов и чиновников Министерства здравоохранения СССР. В г. Харькове проходили дискуссии по поводу этого метода, в которых принимали участие известные в СССР психиатры. К. М. Дубровский был человеком бескомпромиссным и всегда жёстко отстаивал свою точку зрения. В инструктивном письме Министерства здравоохранения СССР по поводу метода К. М. Дубровского была отражена точка зрения специалистов — психиатров и логопедов, которые выезжали в г. Харьков для изучения метода К. М. Дубровского. В письме сказано, что в психотерапии метод императивного внушения в бодрствующем состоянии не нов. Однако этот известный метод по-новому использован К. М. Дубровским в лечении заикания. Были высказаны критические замечания по поводу излишнего афиширования метода, отмечена сомнительная категоричность установки на одномоментность снятия заикания. Отмечались нередкие случаи недостаточного обследования и отбора больных для сеанса. Однако, в принципе, как психотерапевтический метод лечения заикания он может быть использован в комплексе с другими методами. По поводу метода К. М. Дубровского существуют разные позиции в профессиональной среде логопедов, психологов и врачей. Его ученица Л. З. Арутюнян-Андронова считает К. М. Дубровского гениальным психотерапевтом, которого незаслуженно затравили в период советской власти [5]. Специалист по заиканию В. И. Селиверстов, который ездил изучать метод К. М. Дубровского в составе комиссии Министерства здравоохранения, поскольку был тогда логопедом-методистом Минздрава СССР, отмечает, что конечно, об одномоментном снятии заикания у всех пациентов речь не шла. Пациенты Казимира Марковича, которых просматривала комиссия после сеансов лечения, заикались, но при этом отстаивали успешность метода К. М. Дубровского. Анализ деятельности Казимира Марковича и его метода позволяет сделать выводы о том, что сам метод не являлся панацеей от заикания. Скорее всего, у части больных снимался страх речи и развивались волевые качества, которые помогали им бороться с заиканием. Как и многие другие методы, метод К. М. Дубровского держался, прежде всего, на его личности. Как указывает известный специалист по заиканию М. И. Буянов, ещё при жизни Казимира Марковича никто не мог повторить на таком высоком уровне его сеанс. Метод К. М. Дубровского привлёк к себе такое внимание, потому что на тот момент в Советском Союзе практически не было реальных методов по эффективной коррекции заикания. Более того, те методы, которые были, не включали в себя ни психологический компонент, ни, тем более, терапевтический. С точки зрения истории проблемы заикания метод К. М. Дубровского интересен тем, что, во-первых, до него именно таких методов, основанных только на личности психотерапевта, не предлагалось, во-вторых, саму идею К. М. Дубровского развили, изменили и ввели в свои методы такие учёные, как Ю. Б. Некрасова и Л. З. Арутюнян-Андронова [5, 8, 9, 15].

После оглушительной славы, после публикаций в газетах, у К. М. Дубровского сразу объявилось много «учеников и последователей», которые переняли только внешние формы его методики шокотерапии, целью которой было направленно потрясти больного и тем самым вылечить. Настоящий психотерапевт — это непременно уникально талантливая личность. Он одновременно и врач, и философ, и писатель, и художник. А масса подражателей-ремесленников, ринувшихся зарабатывать деньги на больных, очень скоро дискредитировала всё это направление психиатрии. Начались гонения и на самого Казимира Марковича, приклеивание ярлыка лжеучёного, как властями, так и завистливыми коллегами. Человеком он был очень прямым, не признававшим никаких компромиссов. Он не мог молчать во время дискуссий, которые тогда постоянно проходили в Харькове, и наживал себе новых и новых недоброжелателей. В конце концов его объявили шарлатаном, причём сделано это было публично и официально через прессу. Это было самое отвратительное, поскольку это был талантливейший учёный. По всем медицинским учреждениям был разослан приказ о запрете использования его методики. Это были 1963–1964 годы. Здесь уместно повторно напомнить, что Казимир Маркович был одним из лучших учеников В. М. Бехтерева, о чём тот сказал в своей книге.

У К. М. Дубровского было много учеников — он обучал не менее сотни человек. После официального запрета его методики остались единицы. Причина понятна. Тут ещё накатилась старость, а с нею и болезни. Оставив работу в железнодорожной поликлинике, он, нищий и больной, вынужден был перебраться поближе к своим дальним польским родственникам на Западной Украине, где и завершил, всеми забытый, свои дни [5, 19].

Насколько мне помнится, вспоминает Илья Глазунов, он не брал денег с больных и говорил, что если бы он прожил ещё сто лет, то каждый день должен был бы принимать по двести человек — столько было желающих получить его помощь. [10].

Илья Глазунов подчёркивает, что «несмотря на то, что Казимир Дубровский показал пути и горизонты науке XX века, — врачи, чиновники советской медицины, увидев, что его личность и возможности составляют тайну его внутренней жизни, начали против него кампанию травли, называя его шарлатаном и мистиком. Не помогали и тысячи писем от людей, которых он вылечил, так же как не помогла и грамота от харьковской милиции (помог найти пропавшего мальчика — доп. П. Т., А. П.). Очевидно, многие пытались вырвать у него тайну его воздействия на людей, но не смогли. Я слышал, что ему даже запретили лечить. Он умер в нищете и безвестности. Альбом его, как мне известно, несмотря на старания Михалкова, до сих пор не вышел в свет. Издание его было бы самым страшным документом о человеческой психике, раздавленной победоносным шествием глубоководного и безжалостного масонского «Коминтерна», прокладывающего путь к «новому мировому порядку», основанному на геноциде разноплемённых народов мира. Россия оказалась самым трудным орешком… Но они упорно ведут нас «от разочарования к разочарованию». Так задумано и осуществлено! Но не до конца! Мы у врат адовых… Верно, не одолеют…» [10].

Жизнь для него была и мукой, и адом. Но любовь к людям и вера в добро — бесконечной. Повторяю, акцентирует Илья Глазунов, это один из самых интересных людей, которых я встречал в жизни. Для меня, как и для многих, знавших его, он навсегда остался загадкой. Мир праху твоему, великий русский учёный! [10]. Следует отметить, что профессор Ю. Б. Некрасова посвятила своему учителю К. М. Дубровскому книгу «Лечение творчеством» (2006).

Он мечтал умереть на работе, но ушёл из жизни вдали от г. Харькова, от своих пациентов. К. М. Дубровский умер 12 декабря 1975 года. Похоронен Казимир Маркович на городском кладбище г. Сарны Ровенской области. На его могиле выбиты слова «Он любил вас, люди». Рядом с могилой К. М. Дубровского покоится прах его супруги Елены Дубровской (1912–1991) и её младшей родной сестры Наталии Криницкой (1934–1994).

Таким образом, К. М. Дубровский, будучи ярким и талантливым представителем харьковской психиатрической школы, внёс определённый вклад в развитие отечественной научной и практической психиатрии, в т. ч. и харьковской психотерапевтической школы, сыгравшим большую роль в развитии советской психотерапии на основе физиологического учения И. П. Павлова, В. М. Бехтерева, в частности, метода эмоционально-стрессовой терапии заикания, курения, алкоголизма. Вне сомнения, биография и научное наследие Казимира Марковича нуждаются в дальнейшем тщательном исследовании, особенно его украинский период жизни и научно-практического творчества.

Выражение признательности

Авторы выражают признательность заслуженному деятелю науки и техники Украины, профессору, доктору медицинских наук И. И. Кутько за ценные замечания, которые помогли устранить недочёты при работе над более ранней версией данной статьи.

источник

В 60 годах в г. Харькове работал «Республиканский центр по лечению заикания», который находился на базе железнодорожной поликлиники. Руководил центром К. М. Дубровский, им была разработана методика «одномоментного снятия заикания», в которой использовалось императивное внушение в бодрствующем состоянии. Суть метода состояла в следующем, что «снятие заикания» происходило одномоментно, за один сеанс, в течении одного часа. А достигнутые результаты по восстановлению правильной новой речи, закреплялись в последующем 3-4 встречами с логопедом и врачом — психотерапевтом.

Применение сеансов внушения в бодрствующем состоянии, при лечении заикания не вызывает возражения среди специалистов, хотя и не исключает в дальнейшем коррегирующей работы с логопедом..

Несмотря на высокую эффективность данной методики, в настоящее время она практически не применяется из-за неумения врачами-психотерапевтами работать одновременно с группой пациентов и в присутствии родственников. Хотя эту методику лечения заикания успешно использовала в своей работе Ю.Б.Некрасова, г. Москва. Сеансы лечебного гипноза по «снятию заикания», которые проводил К.М.Дубровский – это впечатляющий, эмоционально насыщенный метод групповой психотерапии.

В 1966 г. мне представилась возможность лично познакомиться и длительно общаться с К.М.Дубровским и неоднократно присутствовать в зале на его сеансах гипноза по «одномоментному снятию заикания» и лечению больных от алкоголизма. Эти сеансы поражали воображение присутствующих их высокой эффективностью, а также мастерством врача, доведенным до совершенства. Когда через час после лечения пациенты, у которых дергался глаз, голова во время разговора, которые до этого не могли назвать своего имени и фамилии вслух из-за трудностей с речью, могли громко и уверенно произнести на весь зал: «Мы можем…Человек всё может…Шурша, шумит камыш… Мой номер телефона – триста тридцать три». В зале не оставалось равнодушных к судьбе этих больных, к лечению, и звучали громкие, восторженные аплодисменты, у некоторых родителей на глазах были слезы радости.

К сожалению, в то время меня интересовали другие направления и аспекты в применении гипноза, и не было достаточного количества времени, чтобы начать проводить эти сеансы самостоятельно. Хотя эта методика и техника проведения сеанса гипноза К.М.Дубровским произвела на меня сильное впечатление и оставила незабываемый след в моей памяти на всю жизнь.

И только спустя 20 лет, после личного знакомства с д-р К.М.Дубровским и его методом лечения заикания, когда я прошел обучение по эмоциональной терапии в г.Феодосии, у доктора А.Р.Довженко, ко мне пришло новое понимание возможностей этого метода. Тогда я решил создать свою авторскую методику по лечению заикания, используя те знания и опыт, которые были получены у А.Р.Довженко в проведении эмоциональной психотерапии при лечении алкоголизма. При этом, сохраняя внешне структуру и последовательность действия во время сеанса, предложенную К.М.Дубровским, а также используя свой многолетний опыт, полученный во время публичных выступлений на сцене с демонстрацией гипнотических опытов, а также клинический опыт работы врачом психотерапевтом. В конечном итоге, это позволило мне создать свою, авторскую метод лечения заикания гипнозом, опираясь на знания своих учителей.

За много лет работы центра в г.Днепропетровске, на базе городской клинической больницы, где каждую неделю проводились лечебные сеансы в группе 10-12 чел., нами накоплен большой личный практический опыт в лечении логоневрозов. Что позволяет нам утверждать о высокой эффективности данной методики.

А также четырехлетняя работа рача В. Г. Евтушенко в Венгрии, где проводилось лечение логоневроза в г.Будапеште, в центре «Урания», подтвердила правильность наших методических подходов в решении проблемы логоневроза и возможность проведения сеансов гипноза для иностранцев через переводчика. На эффективности лечения присутствие переводчика не сказывается, единственное, что его участие в процессе лечения приводит к увеличению продолжительности сеанса. При проведении сеансов гипноза за границей для пациентов, не говорящих на русском языке, чаще используются приемы невербального воздействия на пациента.

источник

(Эмоционально-стрессовая психотерапия по методу В. Г. Евтушенко)

Одним из наиболее распространенных видов речевых расстройств у детей и взрослых является заикание.

Заикание — дискоординационное нарушение речи, как правило, связанное с выраженными в той или иной степени неврологическими и невротическими расстройствами. Лица, страдающие заиканием, лишены возможности нормального общения с окружающими. Постоянные затруднения в речи травмируют психику больных, вызывая различные невротические расстройства.

В зависимости от того, преобладают ли судороги в артикуляторном, голосовом или дыхательном аппаратах, различают артикуляторную, голосовую и дыхательную формы заикания. Однако на практике наиболее часто встречаются смешанные формы: артикуляторно-дыхательная, дыхательно-голосовая.

Различают также два вида судорог, прерывающих речь, — кло-нические и тонические. Обычно при заикании наблюдаются оба вида судорог, при этом, если больше выражены тонические судороги, говорят о тоно-клоническом заикании, если преобладают кло-нические судороги, — о клоно-тоническом заикании.

При лечении заикания терапия не должна сводиться к борьбе с отдельными симптомами, а требует устранения основной причины болезни, укрепления нервной системы и организма в целом.

Формирование невроза при заикании связано с неправильным развитием личности в условиях психической травматизации. Поэтому важное значение при лечении заикания приобретает применение различных форм психотерапевтического воздействия: рациональной и суггестивной психотерапии, внушения в бодрствующем состоянии, аутогенной тренировки, самовнушения. Причем, наиболее эффективным в системе психотерапевтических мероприятий по лечению заикания является применение групповой психотерапии.

Учение о причинах возникновения заикания относится как к патологии, так и к дефектологии, и вместе с тем является областью психоневрологии и медицинской педагогики. Статистические данные указывают на значительную распространенность заикания среди населения — от 1,5 до 2,5 %.

Трудности решения проблемы заикания в значительной степени связаны с многочисленными причинами, обуславливающими его возникновение. Эти трудности объясняются сочетанием при заикании как собственно речевых нарушений различной степени, так и участием в генезе заболевания и в клинической картине психологических факторов, во многом определяющих его течение.

Заикание обычно возникает в раннем детстве, в период формирования и развития фразовой речи. Его причинами часто являются испуг, перенапряжение речевой функции, как правило, у детей с известной недостаточностью нервных механизмов в регуляции речевой деятельности. Эта недостаточность может развиваться в результате неблагоприятно протекающей беременности, тяжелых родов, частых простудных болезней, травм головного мозга в раннем детстве. Следует также учитывать роль наследственной предрасположенности в виде слабости рече-двигательного анализатора.

В.М. Шкловским была разработана комплексная система лого-терапии, в которой объединены логопедические занятия и активная психотерапия, сочетающая различные варианты суггестивного метода с работой по перестройке нарушенных отношений личности. Вся работа проводится в тесном контакте логопеда, врача-психоте-рапевта, невропатолога и психолога.

Первый этап. Диагностический период обычно продолжается 10—15 дней. В это время проводят тщательное обследование больного — невропатолог, дефектолог, психотерапевт и психолог, внимательно изучаются анамнестические и клинические данные, определяются возможные причины появления заикания.

Второй этап. Перестройка патологических речевых навыков и коррекция личностных нарушений. Эта работа продолжается 1,5— 2 месяца. Она построена следующим образом. Вначале проводятся коррекционные логопедические занятия по нормализации дыхательной, голосовой функции, выработке речевых «эталонов».

Одновременно можно проводить аутогенную тренировку и рациональную психотерапию.

Примерно через 15—20 дней после начала логопедической и психотерапевтической работы проводится сеанс императивного внушения в состоянии бодрствования (сеанс эмоционально-стрессовой терапии по методу К.М. Дубровского).

В дальнейшем логопедическая работа направлена на:

• коррекцию дыхания, регистра и тембра голоса,

• выработку правильного ритма и темпа речи,

Ввиду той роли, которую играют психологические факторы в развитии заикания у человека, большое значение приобретают различные методы, позволяющие выявить первопричину, которая привела к заиканию. И мы сейчас рассмотрим возможности гипноанализа в решении этой проблемы.

Гипноанализ при логоневрозе

По моему глубокому убеждению, каждый случай заикания имеет свой корень, свою причину. В течение многих лет, работая с заикающимися пациентами, я больше обращал внимания не на то, что человек заикается, а на то, почему он стал заикаться. Да, гипноанализ — это не сиюминутная панацея; и доктор должен оперировать им до тех пор, пока внутренние конфликты пациента не будут абсолютно все исчерпаны, а это иногда может занять много времени.

Читайте также:  Бог дал мне заикание

Давайте рассмотрим случаи психо-эмоциональных травм, которые привели к заиканию. Производя пациенту гипноанализ с целью выявления причины заикания, мы обнаружили следующее.

Во время консультации мы пытались получить ответы от пациента на свои вопросы, но это было практически невозможно, потому что он ужасно сильно заикался. Тогда я регрессировал его в пятилетний возраст и увидел, что в это время у него уже тоже было заикание. Тогда я погрузил его в возраст двух лет, и он рассказал про необычный инцидент, который с ним произошел.

Недалеко от его дома был склад, и он пошел туда потому, что ему казалось, что это хорошее место, чтобы поиграть. Когда он вошел внутрь, он увидел двух мужчин, которые ругались. Их выкрикивания перешли в ругань. Затем началась ужасная драка. В конце концов один из мужчин повалился на пол, а когда сделал попытку встать, то схватил топор, который лежал рядом, и нанес удар своему противнику, повалил его на пол, а потом отрубил ему голову.

Ребенок был перепуган и шокирован увиденным. Он побежал домой к своей маме. Он боялся, что убийца видел его, что он будет преследовать его, что сделает с ним то же самое. Его мама спросила его, что случилось и почему он так взволнован. Тогда он достиг такого момента в своей жизни, когда он не хотел говорить и не мог говорить. С этого момента у него началось заикание.

В ходе проведения гипноанализа одному молодому человеку, с помощью внушения я отправил его в возраст трех лет. И обнаружил, что его заикание началось, когда он случайно потянул скатерть со стола. На столе было много посуды. Его мама вошла с криком в комнату, и он понимал, что он в беде. Он попытался сказать что-то в оправдание, но слова просто не получались. В тот момент я подумал и сказал себе: «это не может быть одной истинной причиной заикания». Тогда я решил регрессировать его в еще более ранний возраст, насколько возможно.

Это случилось в день рождения его отца. Мама испекла прекрасный торт для своего мужа. Мальчик поднялся на стуле, чтобы посмотреть ближе на торт, удерживаясь за скатерть. Скатерть сползла, торт упал и разлетелся по всему полу. Его мама, услышав шум, вошла, ругаясь в комнату, а когда увидела, что случилось, накричала на ребенка еще сильнее, обвинив его в том, что он испортил отцовский праздник.

Этот инцидент сам по себе не стал причиной заикания, но когда что-то похожее случилось годом позже, мальчик стал заикаться. Он достиг той точки, когда он хотел что-то сказать, но не знал, что сказать, и причина этого совершенно ясна. Первый инцидент, который произошел с ним год назад, просто расстроил его, потому что он узнал, что сделал что-то ужасное, за что его мама сильно рассердилась на него. Когда то же самое случилось год спустя, он не только знал, что сделал что-то ужасное и что его мать рассердится, но на все эти переживания также наложилось осознание случая, который произошел с ним год назад. Даже такая незначительная психотравма может, как и внушение, дать результат при повторении. Каждое заикание берет свое начало из ситуации, в которой потерпевший достигает такой точки, когда он не хочет говорить, но должен.

Вот еще другой пример, когда травматическая ситуация стала причиной начала заикания. Женщина, ей было 50 лет, утверждала, что заикается с тех самых пор, когда была младенцем. Исправить заикание, которому уже полвека. Эта задача показалась мне не самой легкой. Я был уверен, что этой пациентке понадобится длительная гипнотическая терапия прежде, чем ей можно будет помочь восстановить речь традиционными методами.

Перед сеансом гипнотерапии я обычно задаю много вопросов своим пациентам. Опрос показал, что она абсолютно уверена, что ее заикание берет начало в раннем возрасте и что с того же самого возраста у нее бывают конвульсии. Когда я спросил, что могло вызвать заикание, она ответила, что это, должно быть, началось с ужасного испуга, когда она была ребенком. Но она не помнила, что ее напугало.

Когда я предположил, что тот же самый ужас вызвал у нее и конвульсии, она согласилась. Тот факт, что она могла без гипноанализа подтвердить, что заикание и конвульсии появились примерно в одно и то же время, заставил меня несколько удивиться. Обычно это то, что выявляет гипноанализ.

В гипноанализе выяснилось, что в возрасте примерно двух лет, когда она была больна и лежала в кровати, она услышала, как ее мама и папа ссорятся. Ребенок никогда не слышал, чтобы ссора была такой бурной. Затем началась драка, и ее отец попытался убить ее и ее мать. Он начал переворачивать кровать, в которой лежала больная девочка. Мать подбежала, чтобы защитить кричащего ребенка, а когда девочка попробовала говорить, она не смогла, потому что ее наполнял ужас. У нее начались конвульсии. Отец вскоре успокоился, и конвульсии у нее прекратились. Но с того времени, каждый раз, когда отец приближался к ней, чувство ужаса переполняло ее, и она не могла говорить, так началось ее заикание.

Может показаться, что заикание всегда берет начало в раннем возрасте. Это не всегда так. Многие люди считают, что заикаются всю свою жизнь, но при проведении гипноанализа оказывается, что заикание началось в возрасте 8—9 лет или даже старше. У меня даже был случай, когда заикание у пациента началось тогда, когда он пошел в старшие классы. В принципе, все эти люди просто не помнят время, когда они стали заикаться. Возможно, это болезненно для них — вспомнить, когда (и при каких обстоятельствах) заикание началось. Поэтому они просто блокируют свою память на отрицательные воспоминания.

Одного студента из колледжа привели на консультацию его родители. Он очень сильно заикался. Он был одним из тех пациентов, которые утверждают, что заикаются всю свою жизнь, что не могут вспомнить то время, когда они не заикались. В ходе гипноанализа было обнаружено, что он не заикался, когда ему было пять лет, шесть лет, и даже в возрасте восьми лет у него не было заикания. Трагедия случилась с ним, когда ему было девять лет.

Приятели мальчика привязали его веревкой за шею к дереву, а потом подожгли хворост, который валялся у этого дерева. Сначала он думал, что это просто игра, но когда огонь начал разгораться сильнее, он стал кричать, чтобы они отпустили его. Дети испугались и разбежались, оставив его абсолютно беспомощным. К счастью это увидел взрослый прохожий, вовремя подоспел и освободил мальчика.

Веревка оставила шрам на его шее. Его мать очень расстроилась, увидев этот шрам, но мальчик был слишком напуган, чтобы рассказать правду, что именно с ним случилось. Он размышлял так: «Она может наказать меня. Или, что еще хуже, рассказать родителям этих детей, что случилось, и тогда они сделают с ним то же самое еще раз, чтобы отомстить». Так он достиг той точки, когда он не хотел говорить.

Имея дело с заиканием у пациента, следуйте следующим инструкциям. Первое — помните, что у каждого заикания есть свое начало. Отправьте пациента назад в прошлое, к травматической ситуации, которая стала причиной заикания, и дайте ему возможность пережить ее снова самому или как будто с другим человеком, в придуманном вами сценарии. Как правило, пациенты уже на первом сеансе гипноанализа видят, когда впервые они стали заикаться, и это приносит им большое внутреннее облегчение.

А что делать, если вы не найдете причину с первого раза? Самое большее, что вы можете сделать — оказать временную помощь пациенту, улучшив его речь. Если истинная причина не будет найдена — заикание вернется.

Иногда врачам кажется, что они докопались до истины, что пациент получил всю необходимую помощь. А потом заикание возвращается. Врач должен понять тогда, что критическая ситуация не была обнаружена, и что ему надо работать, чтобы обнаружить истинную причину и помочь заикающемуся. Это касается не только заикания, но и любой невротической проблемы; если помощь оказалась временной, значит истинная причина, вызвавшая проблему, не была обнаружена и нужно будет продолжить работу.

Всегда помните: степень сложности заикания напрямую зависит от серьезности травматической ситуации, которую пережил заикающийся; найдите причину, лечите причину, и результат не заставит себя ждать.

Суггестивные методы психотерапии

При проведении психотерапии и особенно суггестивных методов в состоянии бодрствования нужно учитывать большое значение эмоционального фактора.

Известно, что сильное эмоциональное воздействие используется при лечении тяжелых зафиксированных болезненных проявлений, таких как афония, мутизм, истерические параличи, парезы. При этом обычно применяется методика косвенного внушения, то есть одномоментного внушения в состоянии бодрствования в сочетании с какими-либо процедурами или использованием определенных медикаментозных средств. Основой метода является положительное эмоциональное отношение и вера больного в применяемый метод лечения.

При использовании таких методов крайне важно добиться хотя бы кратковременного успеха, который убеждает больного в сохранности речи и возможности ее восстановления.

В свое время особое внимание привлек к себе «одномоментный метод снятия заикания», предложенный К.М. Дубровским. Суть этого метода состояла в том, что «снятие заикания» происходило одномоментно, за один сеанс, в течение одного часа. А достигнутые результаты по восстановлению речи закреплялись в последующем 3—4 встречами с логопедом и врачом-психотерапевтом.

Применение сеансов внушения в бодрствующем состоянии при лечении заикания не вызывает возражений среди специалистов, хотя и не исключает в дальнейшем коррегирующей работы с логопедом.

Более подробно методика проведения «одномоментного снятия заикания» будет нами рассматриваться дальше.

Сеансы гипнотерапии и самовнушения

На первом этапе лечения внушение в гипнозе проводится больным вначале 3 раза в неделю, а затем 1 раз в 7—10 дней.

В некоторых случаях гипнотерапия является хорошей подготовкой пациента перед проведением императивного сеанса внушения в бодрствующем состоянии по методу К.М. Дубровского.

Внушение в гипнозе, подкрепленное логопедическими занятиями и психотерапевтическими беседами, способствует устранению страха перед речью. Сеансы гипнотерапии проводятся в группе из 10—12 человек.

Самовнушение проводится по классической методике, предложенной Э. Куэ. При проведении самовнушения следует добиваться, чтобы пациент не пассивно проговаривал формулу самовнушения, а старался активно представить себя хорошо говорящим. Больной должен научиться визуализировать и вызывать у себя образ о том, как он разговаривает без заикания дома, в школе, на улице и в других ситуациях. Очень важным является проведение пациентом самовнушения вечером перед сном, лежа в постели, используя природное гипнотическое фазовое состояние транса.

Применение аутогенной тренировки у больных с заиканием дает возможность расслабления мышц артикулярно-голосового аппарата, снимает чувство скованности, напряжения в области диафрагмы, волнение и страха перед речью.

Аутогенная тренировка активизирует самостоятельную внутреннюю работу человека. Заикающимся помогают овладеть ей в медицинском учреждении, а затем они могут использовать ее самостоятельно дома для профилактики рецидивов.

Метод одномоментного снятия заикания (по К.М. Дубровскому)

Сейчас мы хотели бы более подробно остановиться на «одномоментном методе снятия заикания» по методике К.М. Дубровского, который руководил в Харькове «Республиканским центром по лечению логоневрозов». Да, было время, когда в 1960-х годах в центральных газетах сообщалось о методе «одномоментного снятия заикания».

Несмотря на высокую эффективность данной методики, в настоящее время она практически не применяется из-за неумения врачей-психотерапевтов работать с группой и в присутствии аудитории, хотя эту методику лечения заикания успешно использовали в своей работе В.М. Шкловский и Ю.Б. Некрасова. Сеансы лечебного гипноза, которые проводил К.М. Дубровский, — это впечатляющий, театрализованный метод коллективно-групповой психотерапии.

Сеанс проводится в актовом зале, создается аудитория из родственников больных, которым будет проводиться лечение, и из пациентов, которые в сопровождении родственников впервые приехали на консультацию.

Первая часть сеанса проводится на фоне сильного эмоционального напряжения. Каждого пациента пофамильно приглашают в зал, где присутствующие приветствуют его аплодисментами. На столе врача лежат цветы, принесенные пациентами. Создается приподнятая, радостная, эмоционально насыщенная обстановка.

Пациенты, которым предстоит в этот день сеанс по снятию заикания, выстраиваются в одну линию вдоль стены. Врач проводит небольшой опрос больных, тем самым демонстрируя аудитории их патологическую речь. При этом врач тактично использует эту ситуацию для создания определенного эмоционального напряжения в зале, подчеркивая те трудности, с которыми приходится сталкиваться в жизни заикающимся людям.

После этого врач авторитетно заявляет, что медицина дает возможность вернуть им сегодня правильную и свободную речь.

Затем врач-психотерапевт рассказывает о сущности заикания, как и почему оно возникает, разъясняет возможность его устранения гипнозом. Необходимо обязательно объяснить заикающимся, почему лечение, которое им проводили раньше, не принесло излечения.

К.М. Дубровский внушительно и образно говорит о силе слова, которое не только служит средством коммуникации между людьми, но и может иметь физиологическое, следовательно, и лечебное значение. Проводятся для демонстрации пробы на внушаемость. Фиксируется внимание на могущественной силе слова психотерапевта.

Затем в лечении начинается следующий этап. Каждый пациент в присутствии всех проверяется индивидуально по различным тестам на внушаемость (невозможность разжать руки, сжать пальцы в кулак, падение вперед, назад. ), — эти тесты оказывают большое психологическое воздействие на всех участников сеанса. По ходу сеанса К.М. Дубровский выбирал трех пациентов, предлагая им согнуть руки в локтях, развести пальцы веером и делал соответствующие внушения:

«. Максимально развели пальцы на руках. Сейчас я досчитаю до трех, и ваши пальцы одеревенеют. Напряжение растет, смотрите на свои руки, вы видите, как ваши пальцы напряжены и делаются деревянными, . неподвижными. Ваши пальцы как гвозди. Руки оцепенели. Ваши руки подчиняются только моим командам. Вы не в силах сжать пальцы в кулак. Чем сильнее вы хотите сжать их в кулак, тем сильнее они напрягаются.

Раз. (Врач делает легкое постукивание своим пальцем по напряженным пальцам пациента.) Пальцы как гвозди, . их не согнуть. Прикосновение моей руки к вашим пальцам усиливает в них напряжение.

Два. Пальцы застывают в таком положении, . наступает полное одеревенение, . полное оцепенение.

Три. Пальцы как гвозди, . их не согнуть, . они вытянутые, . ровные, . неподвижные. С этого момента вы не в силах сжать пальцы в кулак. Пробуйте, . у вас ничего не получится. »

Пациенты пытаются сжать пальцы в кулак, но они не двигаются. После чего врач делает следующее внушение:

«. Я прикасаюсь своей рукой к вашим пальцам на правой руке. и снимаю с них напряжение. Пальцы стали подвижными и легко сгибаются. Пальцы на правой руке подвижные, а на левой — как гвозди, . пробуйте сжимать пальцы в кулак. »

Пациент с удивлением видит, что пальцы на правой руке стали послушными и легко сжимаются в кулак, а на левой — по-прежнему напряжены и неподвижны.

Этот феномен К.М. Дубровский использовал для того, чтобы фиксировать внимание пациента на могущественной силе слова врача. А также показать заикающимся пациентам свои возможности воздействовать на их психику и мышечное напряжение. Еще раз подчеркивая, что слово может заключать в себе огромную силу, им можно обрадовать и огорчить, успокоить, загипнотизировать и излечить.

Например, Казимир Маркович подчеркивал, что, если слово врача способно вызвать одеревенение рук, заставить падать человека назад, слово и одно прикосновение руки может снять напряжение, спазмы с мышц на правой руке, то точно также одним прикосновением своей руки к их голове он сможет снять с них заикание и спазмы с мышц лица, расковать их речь, открыть путь к новой, правильной речи. Все эти тесты и внушения вызывают у пациентов состояние повышенного эмоционального напряжения и доверия к врачу.

В дальнейшем, по ходу сеанса, врач выстраивает пациентов в шеренгу вдоль стены, на расстоянии полшага, давая установку:

«. Носки и пятки поставили плотно, . руки по швам, . голову слегка запрокинули назад, . и внимательно слушать мой голос. »

Врач обращается к аудитории с такими словами:

«. Подготовка к сеансу закончилась. А теперь, перед тем как начать лечение по снятию с них заикания, я проведу проверку состояния их нервной системы на данный момент. »

После этих слов обернувшись к пациентам, он громко командует:

«. Внимание. Смирно, . смотреть только мне в глаза. Ни на секунду в сторону, только на меня. Сейчас я подойду к каждому из вас. .положу руки на вашу голову. .и вы, под влиянием моего взгляда. упадете назад, на стенку. »

Как только пациент начинает падать назад, делается императивное внушение:

«. Заикание снято, . его больше нет. Речь будет четкой, . громкой, . плавной.

Я раз и навсегда снимаю с вас заикание, как старый изношенный сюртук.

Теперь ты будешь всегда говорить свободно.

. Ты чувствуешь громадное облегчение. С тебя сорваны путы трудной речи. Ты свободный человек, со свободной раскованной речью!»

Начинать сдачу экзамена следует с больных, от которых можно ожидать хорошей отраженной и диалогической речи. Первые фразы, а затем и более развернутые высказывания, произнесенные таким больным без заикания, окрыляют не только его, но и оказывают активизирующее воздействие на лечебную группу и всю аудиторию в целом, рождают в пациентах чувство уверенности в своих силах и в успехе лечения. Все, что говорится в процессе сеанса,— лечебные внушения специалиста и речь больного — все это должно быть окрашено положительными, радостными эмоциями — это разрешает состояние психологической напряженности, предшествовавшее моменту внушения.

В последнее время, руководствуясь многолетним опытом проведения указанной процедуры, мы формулу внушения, адресованную всей группе, произносим громким, напряженным голосом, а индивидуальное внушение произносим шепотом, глядя прямо в глаза собеседнику на близком расстоянии. Такой переход от сильного голоса к шепотной речи помогает длительное время концентрировать внимание лечебной группы и зала на проводимой работе, ни на минуту не позволяет кому-либо отвлечься от того, что делает и говорит специалист.

Читайте также:  Бог избавил меня от заикания

Этот тест с падением назад и императивным внушением проделывается с каждым пациентом индивидуально. Вслед за этим наступает важный и торжественный момент — сдача экзамена на новую, правильную речь. При сдаче экзамена врач рекомендует пациентам выполнять несколько «золотых правил речи»:

1. Смотреть прямо в глаза врачу.

2. Прежде, чем сказать, надо сделать вдох и говорить на выдохе.

3. Надо говорить плавно и уверенно.

Подойдя к одному из пациентов, К.М. Дубровский командует:

«. Внимание! Смотреть в глаза, . говорите громко. Я могу. Мы можем. Человек все может. » и т. д.

Затем поворачивает пациента лицом к аудитории и дает ему установку на сдачу экзамена на весь зал. Четкая и громкая речь пациента без запинок и сопутствующих движений производит огромное впечатление на пациентов и родственников, сидящих в зале. И они аплодисментами поздравляют с успешной сдачей экзамена бывшего заикающегося. Врач торжественно поздравляет пациента, жмет ему руку, после чего накладывает «молчание на сутки». Больной может общаться с родственниками только письменно.

На второй день. Проводится второй сеанс гипноза «по снятию молчания» и укреплению новой, правильной речи.

Надо сказать, что сеанс гипноза по «одномоментному снятию заикания» является очень сложным по своей структуре. Используются разнообразные психотерапевтические приемы: метод «рикошета», императивное внушение наяву и в гипнотическом трансе, а также создание стресса с приемами опосредования и потенцирования. Такие сеансы должны проводиться только в группах из 10—12 человек и в присутствии аудитории, что создает положительный эмоциональный настрой у пациента.

В дальнейшем назначается курс логопедических занятий, которые чередуются с обычными сеансами групповой психотерапии, и направлены на закрепление новой, правильной речи.

Так что же, значит нет одномоментности? А между тем одномо-ментность все-таки существует. Но не в смысле «разрешения» от заикания в один момент. Одномоментность в том, что заикающийся исподволь, заранее (и не в один день) подготовленный специалистами, в какой-то один момент (кульминация лечебного воздействия) вдруг чувствует себя новым человеком, с новой речью, новыми взглядами на себя, на окружающих. Но после первого ощущения у него еще сравнительно долгое время будет длиться процесс утверждения и закрепления новых взглядов, новых навыков, новых привычек. Перед ним будет стоять задача научиться в результате специальных речевых упражнений самостоятельно и всегда пользоваться новой речью, по-новому вести себя в общении с окружающими.

В специальном письме Министерства здравоохранения СССР указано, что «лечение заикания одними психотерапевтическими приемами без последующего закрепления логопедическими занятиями чаще всего оказывается малоэффективным». Далее в нем говорится: «Нет оснований для отказа от психотерапевтических приемов, используемых К.М. Дубровским».

Вот почему в настоящее время многие специалисты в комплексе своей лечебно-педагогической работы с заикающимися подростками и взрослыми (маленьким детям это противопоказано) используют приемы, предложенные К.М. Дубровским.

Казимир Маркович любил проводить следующее сравнение: «Есть много способов приготовления различных блюд из яйца, но вначале яйцо надо разбить». Он считал, что вначале очаг заикания должен быть «разбит», а в дальнейшем могут проводиться любые логопедические занятия.

В 1966 году мне представилась возможность лично познакомиться и длительно общаться с К.М. Дубровским и неоднократно присутствовать в зале на его сеансах гипноза по одномоментному снятию заикания и лечению больных от алкоголизма. Эти сеансы поражали воображение присутствующих театральностью и высокой эффективностью, а также мастерством врача, доведенным до совершенства. Когда через час после лечения пациенты, которые до этого не могли назвать своего имени и фамилии вслух из-за трудностей с речью, могли громко и уверенно произнести на весь зал: «Шурша, шумит камыш. Мой номер телефона — триста тридцать три». В зале не оставалось равнодушных к судьбе этих больных, к лечению и звучали громкие, восторженные аплодисменты, у некоторых родителей на глазах были слезы радости.

К сожалению, в то время меня интересовали другие направления и аспекты применения гипноза, и не было достаточного количества времени, чтобы начать проводить эти сеансы самостоятельно. Хотя эта методика и техника проведения сеанса гипноза К.М. Дубровским произвела на меня сильное впечатление и оставила незабываемый след в моей памяти на всю жизнь.

И только спустя 20 лет, когда я прошел обучение по эмоционально-стрессовой терапии в г. Феодосии у доктора А.Р. Довженко, ко мне пришло новое понимание возможностей этого метода. Тогда я решил создать свою авторскую методику по лечению заикания, используя те знания и опыт, которые были получены у А.Р. Довженко в проведении эмоционально-стрессовой психотерапии при лечении алкоголизма, при этом сохраняя внешне структуру и последовательность действия во вре-

Доктор Евтушенко на сеансе мя сеанса, предложенные К.М. Дубровским, а также используя свой многолетний опыт, полученный во время публичных выступлений на сцене с демонстрацией гипнотических опытов и клинический опыт работы врачом-психотерапевтом. В конечном итоге, это позволило мне создать свою, авторскую методику лечения заикания гипнозом, опираясь на знания своих учителей.

Особенностями эмоционально-стрессовой психотерапии при лечении заикания являются: проведение сеанса по высшей стадии гипноза с открытыми глазами, для воздействия внушением используется неглубокое гипнотическое трансовое состояние, в группе — 10 — 12 человек, продолжительность сеанса — полтора часа и обязательно в присутствии родственников.

Первый сеанс лечебного гипноза по снятию заикания в нашем Центре мы проводим в актовом зале на фоне сильного эмоционального напряжения. В зале находятся пациенты, которые впервые приехали в центр на консультацию, а также их родственники.

Помощник врача торжественно зачитывает вступительное слово, где коротко говорится о враче и работе центра. Затем в зал пофамильно приглашаются пациенты, приехавшие на лечение, где их приветствуют восторженными аплодисментами. На столе у врача лежат цветы, принесенные пациентами. В зале создается общая приподнятая, радостная, эмоционально насыщенная обстановка.

Затем в зал приглашается врач-психотерапевт, врач обращает внимание присутствующих на то, что речь — явление социальное, поэтому лечение заикания должно проводиться только в условиях

Первый сеанс лечебного гипноза у доктора В. Г. Евтушенко

коллектива: «. В этой группе находятся дети, которые неоднократно были травмированы грубостью окружающих из-за их дефекта в речи. И все-таки некоторых из них я попрошу еще раз назвать свое имя, фамилию или прочитать вслух текст. »

Врач проверяет речь у пациентов, тем самым демонстрируя аудитории их патологическую речь. Все присутствующие в зале видят и слышат, как мучительно трудно им дается каждое слово, каждая фраза. При этом врач тактично использует эту ситуацию для создания эмоционального напряжения в зале. Подчеркивая те трудности, с которыми им приходится сталкиваться в жизни, врач сообщает:

«.. .Сегодня, на ваших глазах, с этих детей будет снято заикание. Сегодня, на ваших глазах, через час, они будут говорить свободно и уверенно, как мы с вами. »

Затем пациенты садятся на стулья, а врач садится за стол, на котором лежат цветы, и начинает сеанс гипноза. Первая часть сеанса гипноза проводится сидя, по методу эмоционально-стрессовой терапии с открытыми глазами.

«. Внимание! Носки и пятки поставили вместе. Руки Положили на колени ладонями вниз. Ваши руки должны лежать свободно. Никакой напряженности в руках, в ногах не должно быть. Приняли удобное, расслабленное положение. Сидеть неподвижно. как сейчас. на протяжении всего сеанса. Каждый из вас должен выбрать одну точку на моей переносице, и все время, на протяжении всего сеанса, смотреть только мне в глаза. »

Делается двойное наведение гипнотического транса, с помощью приемов директивного гипноза и Эриксоновского гипноза. После чего врач говорит громко, уверенно, торжественным голосом: «. Внимание. Начинаю сеанс лечебного гипноза по снятию с вас заикания. Мышечных спазмов. и страха перед речью. Сеанс лечебного гипноза я буду проводить по высшей стадии, с открытыми глазами. Никого из вас сегодня я усыплять не буду. »

По ходу сеанса врач рассказывает о сущности заикания. Как и почему оно возникает под воздействием стрессов.

«. Причина вашего заболевания кроется в прожитой вами жизни. Все волнения, переживания, начиная с момента рождения, оставляют след в вашей психике. Нет сомнения в том, что-то случилось, что-то произошло такое, что подействовало на вашу психику и нарушило вашу речь. Человек не мог родиться таким несчастным. »

Указываются пути и возможности излечения от заикания во время сеанса гипноза.

«. Помните. Полным успехом к излечению заикания и неврозов является то, что больной должен сам или с помощью врача осознать по-новому давно забытое переживание. Именно путь сознательного вызывания в памяти следов давно забытого переживания, как конкретной причины вашего заболевания. является единственным и главным способом лечения заикания. Исцеление происходит в результате отреагирования и успокоения перевозбужденных нервных клеток мозга. »

По ходу сеанса подчеркивается лечебное воздействие внушения и слова на человека.

«. Слово. это — неоценимый дар, который дала нам щедрая природа. Велика его убеждающая сила, а в гипнозе — в 100 раз выше. »

В течение 45 минут, используя приемы косвенного и прямого внушения, которые вызывают трансовое состояние, на фоне измененного сознания врач создает позитивный настрой у пациента на излечение, на успех. После такого психотерапевтического воздействия и подготовки врач торжественно объявляет:«.. .А теперь наступил важный и торжественный момент по снятию с вас заикания. Он будет проводиться стоя. Встали и построились, как вы стояли. »

Вторая часть сеанса гипноза проводится стоя, пациенты стоят лицом к залу и друг друга не должны касаться.

Врач переходит к демонстрации гипнотических проб на внушаемость, которые были уже подробно описаны.

«. Многие из вас думают, что слово необходимо только для общения или обмена мыслями. А слово врача-гипнотизера действует лечебно, исцеляюще. Никто из вас не знает, . но это так, это факт. Сама жизнь говорит нам об этом.

Это невесомое, незримое слово с огромной силой влияет на мысли, чувства человека, . восстанавливая его речь.

Сейчас я продемонстрирую силу воздействия моего слова на человека с лечебной целью, а также проверю вашу готовность к лечению. »

Врач демонстрирует 11 разнообразных по сложности гипнотических приемов, чтобы наглядно показать силу своего гипнотического воздействия на человека, что значительно повышает доверие пациента к врачу и успех в восстановлении речи.

Часть проб на внушаемость проводится с применением вербальных внушений, затем врач переходит к взаимодействию с пациентом на бессознательном уровне, используя взгляд, жест и синхронное дыхание. С помощью этих тестов врач еще раз проверяет готовность пациента к лечению, углубляет его трансовое состояние с помощью специальной техники дыхания.

Демонстрация этих проб на внушаемость оказывает большое психологическое воздействие на тех пациентов, которые впервые приехали в центр и сидят в зале, чтобы познакомиться с методом лечения. Они сами видят и слышат, как восстанавливается речь у принявших лечение, а это уже реальность, которая мобилизирует их силу воли к лечению за новую правильную речь. Также это способствует созданию эмоционально насыщенной обстановки на сеансе. После демонстрации гипнотических техник, вы делаете следующую установку:

«. Точно так же, как сейчас одним прикосновением своей руки к голове я вызываю падение человека назад, точно так же одним прикосновением своей руки я снимаю с вас заикание, мышечные спазмы, страх перед речью. Речь будет четкая, ясная. »

Каждый пациент подходит к вам, вы делаете определенные пассы, углубляя гипнотический транс, и проводите специальный ритуал по снятию заикания: «. Я снимаю с тебя заикание. Мышечные спазмы. страх перед речью навсегда. Речь будет четкая, . ясная. Ты теперь здоровый человек. »

Проделав эту процедуру с каждым из присутствующих на лечении пациентом, врач сообщает всем присутствующим, что наступил самый важный и торжественный момент в их жизни: «. Именно сейчас произойдет то, о чем вы мечтали долгие годы. Вы услышите свою новую, правильную речь. »

При сдаче экзамена врач рекомендует пациентам выполнять четыре «золотых правила речи»:

1. При разговоре смотреть в глаза тому, с кем говорите. Дома — родителям, в школе — учителям, на улице — друзьям и товарищам.

2. Прежде, чем сказать, надо сделать вдох и говорить на выдохе.

3. Надо говорить плавно и уверенно, делая короткие остановки в речи. Тогда самое трудное, самое длинное предложение вы сможете произнести свободно.

4. Прежде, чем сказать, надо построить предложение мысленно, а потом говорить.

Врач подходит к пациенту и дает установку: «. Смотреть мне в глаза. Сделали вдох. Говорить на выдохе. громко и уверенно.

Я могу. Мы можем. Человек все может. Мы сами все можем. Мы сами все можем говорить теперь. » и т. д.

Затем пациент поворачивается лицом к залу и сдает экзамен дальше, всему залу самостоятельно: «. Даю честное слово, всегда и везде говорить громко, четко, уверенно. Я теперь здоровый человек. На всю жизнь!»

Зал приветствует его бурными аплодисментами. Это вызывает незабываемые впечатления у всех присутствующих в зале, создается особая атмосфера эмоциональной радости, успеха. Родители своим положительным эмоциональным настроем поддерживают своих детей, помогая им обрести уверенность в своих силах, избавиться от страха перед речью.

Врач торжественно поздравляет пациента с успешной сдачей экзамена и его новой речью, жмет ему руку. После чего накладывает «молчание на сутки», объясняя всем присутствующим: «. Теперь их нервные клетки мозга чистые, спокойные, как у новорожденного. Никаких речевых нагрузок. Сутки молчать. »

И специальным пассом накладывает молчание. Больной может общаться с родственниками только письменно.

Когда последний пациент сдаст экзамен на новую речь, врач подводит в конце итоги: «. Каждый из вас сегодня по-своему успешно справился с экзаменом на правильную и свободную речь. Перед вами теперь открыты все пути! Вы теперь здоровые люди. »

Весь зал, еще раз, громкими и продолжительными аплодисментами поздравляет пациентов с успешной сдачей экзамена на новую речь. Все расстаются до следующего дня, когда будет проведен второй сеанс гипноза по снятию наложенного на них врачом молчания и укреплению новой речи.

После чего врач приступает к проведению проб на внушаемость у тех пациентов, которые сегодня приехали в центр впервые и присутствовали в зале на сеансе. Каждый пациент проверяется врачом на внушаемость тестом «Падение назад», если пациент прошел тест успешно, тогда дальше проводится индивидуальная консультация и логопедическое исследование его речи.

На второй день. На сеанс приходят только те пациенты, на которых было наложено молчание, в сопровождении родственников. И проводится второй сеанс гипноза по снятию молчания и закреплению новой, правильной речи. Помощник врача рассаживает пациентов в зале и зачитывает им письма от пациентов, которые прошли лечение от заикания в Центре.

Во время первой части сеанса врач делает наведение гипнотического транса. После чего даются внушения на закрепление достигнутых результатов речи.

«. Вы теперь — здоровые люди, всегда и везде вы будете говорить только по-новому, . громко и уверенно, испытывая чувство радости и гордости за свою новую речь. »

Так же делается установка на дальнейшие регулярные и активные тренировки дома по закреплению новой правильной речи.

Затем проводится вторая часть сеанса гипноза — стоя. Врач снимает с пациентов наложенное им молчание. И еще раз проводится сдача экзамена на правильную речь. При этом подчеркивается: «. Вы преодолели все трудности на пути к новой. правильной речи. Вы вышли на широкую дорогу. новой жизни. Перед вами теперь открыты . все пути. Вы теперь здоровые люди. »

В конце сеанса врач подчеркивает важность дальнейшего проведения режимных и тренировочных моментов для закрепления новой правильной речи.

1. После сеанса гипноза 3 дня говорить шепотом. В течение 3 недель — минимальные речевые нагрузки.

2. В течение 3 месяцев во время разговора держать под языком косточку от вишни.

3. В течение 3 месяцев два раза в день (утром и вечером) по 10 минут, читать выразительно вслух текст, стоя перед зеркалом.

4. Ежедневно вечером, перед сном, лежа в постели, расслабить мышцы лица, шеи, рук и повторить формулу самовнушения: «Буду говорить медленно, свободно».

5. Каждое утро делать зарядку, принимать душ.

6. Каждый день заниматься дыхательной гимнастикой и работать над артикуляцией А-О-У-И-Е-Э.

7. Занятия с логопедом по месту жительства.

8. В течение года фильмов ужасов не смотреть.

За семь лет работы Центра в г. Днепропетровске, на базе 5 детской городской клинической больницы, где каждую неделю проводились лечебные сеансы в группе из 10-12 человек, нами накоплен большой личный практический опыт в лечении логоневрозов, который позволяет нам утверждать о высокой эффективности данной методики.

Также четырехлетняя работа в Венгрии в г. Будапеште, в центре «Урания», где проводилось лечение логоневроза, подтвердила правильность наших методических подходов в решении проблемы логоневроза и возможность проведения сеансов гипноза для иностранцев через переводчика. На эффективности лечения присутствие переводчика не сказывается, единственное, что его участие в процессе лечения приводит к увеличению продолжительности сеанса. При проведении сеансов гипноза за границей для пациентов, не говорящих на русском языке, мною чаще используются приемы невербального воздействия на пациента.

Чтобы свести до минимума участие переводчика в процессе гипнотизирования, предлагаемые нами в книге гипнотические техники позволяют ввести пациента в гипнотический транс без активного участия переводчика.

Метод «одномоментного снятия заикания», предложенный К.М. Дубровским, можно отнести к методу эмоционально-стрессовой психотерапии, в основе которого лежит внушение в бодрствующем состоянии, когда используются неглубокие гипнотические трансовые состояния для создания очага доминанты в зоне положительных эмоций. Сеанс обязательно проводится в группе и в присутствии аудитории, продолжительность сеанса гипноза — 1,5-2 часа.

Девизом школы К.М. Дубровского было: «Человек все может!»

источник